English


Автор проекта:
Марина В. Воробьева


Д.К. Зеленин

К вопросу о русалках
(Культ покойников, умерших неестественною смертью,
у русских и у финнов)

(фрагмент)

Анализ русских суеверий, — писал в свое время академик А. Н. Веселовский, — приводит к заключению, что весенние русалии — главным образом поминальный обряд; русалки = manes... Покойников хоронили в языческую пору на горах, в лесах, на распутьях, спускали в воду; оттого галицкие мавки = русалки представляются живущими на горных вершинах, как наши русалки любят качаться на ветвях деревьев. Их преобладающий ныне водный характер можно было бы объяснить позднейшим обособлением их типа; горные русалки, например, должны были исчезнуть в местности, где горы были редкостью...» [Веселовский 1889, с. 270]. Приведя эти слова, Е. В. Аничков справедливо замечает: «Такое воззрение на происхождение народных поверий о русалках в настоящее время, если не ошибаюсь, может считаться общепризнанным. На души умерших, которых чествовали во время Русалий, перешло название праздника, и они русалками...» [Аничков 1903, с. 303].

В этот общераспространенный теперь у наших этнографов взгляд мы намерены внести поправку. Как мы постараемся доказать ниже, русские русалки суть не души всех умерших вообще, тем более не души усопших предков; русские русалки — это женщины и дети, умершие неестественной смертью, т. е., выражаясь словами церковного «мертвенното канона», те, «иже покры вода и брань пожра, трус же яже объят и убийцы убиша, и огнь попали; внезапу восхищенныя, попаляемыя от молний, измерзшие мразом и всякою раною». Народ называет таких покойников заложными этим народным названием, о первоначальном значении которого речь будет ниже, мы и будем пользоваться в дальнейшем своем изложении.

По народному воззрению, заложные (т. е. умершие неестественною смертью) покойники доживают свой, положенный им при рождении, век за гробом, т. е. после своей насильственной смерти живут еще столько, сколько они прожшга бы на земле в случае, если бы смерть их была естественною. Живут они все это время на месте своей насильственной смерти, а иногда также и на месте своей могилы, сохраняя, однако же, полную способность к передвижению. Как кажется, они все время этой своей своеобразной загробной жизни не стареют; во всяком случае, они всецело сохраняют свой прежний характер, свои прежние склонности и привычки. Этим обстоятельством и объясняется народное подразделение заложных покойников на «русалок» (= женщины и дети) и не-русалок (мужчины), равно как и деление русалок на разные классы. Русалки-дети известны у малорусов под именами «мавок» и «потерчат». Характер, интересы и привычки собственно русалок будут для нас вполне понятны, если мы припомним, что это — обыкновенные деревенские женщины: молодые (народ обычно делит русалок на молодых и старых) прельщают и завлекают в свои сети мужчин, постарше заботятся о льне, холстах, вносят раздоры в семьи; безобразные старухи бьют непослушных детей. Но все заложные покойники находятся в полном распоряжении нечистой силы, являются — в силу самого рода своей смерти — как бы работниками и подручными нечистой силы; вот почему и все действия таких покойников направлены ко вреду человека. Вред со стороны женщин и особенно детей не велик, почему их народное мировоззрение и различает строго от заложных покойников-мужчин'.

Источник: Д.К. Зеленин. Избранные труды. Статьи по духовной культуре 1901-1913. – М., «Индрик», 1994. С. 230-231.

Copyright © 2003-2012 Upelsinka's Page

 

 

 

Вернуться на главную страницу