English


Автор проекта:
Марина В. Воробьева


Кристина Лычковска

Хозяйственная деятельность женщин дома Пушукена
(Ашшур, начало II тыс. до н. э.) (1).

В настоящей работе говорится о женщинах города Ашшура-связанных с архивом Пушукена, сына Суэйи, одного из виднейших деятелей торговли г. Ашшура на Тигре с Малой Азией, опиравшейся на торговую колонию Канеш. Было обработано более 220 писем, отправленных Пушукеном или адресованных ему. Обмен письмами происходил как в пределах Каппадокии, так и между Камешем и Ашшуром. Помимо писем, Пушукен упоминается во многих документах самого различного содержания, в которых он выступает как действующее лицо или как объект действий, а также как свидетель. Из 80 известных нам женских писем, найденных в Канеше, 40 относились к его архиву. Следует, однако, учитывать, что тексты, связанные с Пушукеном, происходят из "диких" раскопок, и местонахождение архива не установлено. Не исключено, что часть писем, адресованных Пушукену вместе с другими лицами, попала в архивы его партнеров. В то же время письма, отправленные самим Пушукеном (особенно в Ашшур), известны нам только по их копиям, хранившимся в Канеше.

Пушукен, по-видимому, прибыл в Анатолию или, во всяком случае, начал там активную деятельность еще в ранней молодости (2), а позже был главой важной торговой фирмы. Его контакты с представителями города Ашшура, с ремесленниками, производившими томзары на экспорт, с представителями банковских контор, с родичами, там проживавшими, были оживленными и постоянными. Женой его была Ламасси, проживавшая в Ашшуре, во всяком случае в период своей переписки с мужем. Такая жизнь в разлуке — муж в Каппадокии, жена в Ашшуре,— была обычным явлением для первого поколения ашшурских купцов в Кадете (слой II). В последующих поколениях случалось также, что жены жили вместе с мужьями в Анатолии; но довольно часто мужчины брали в жены местных девушек из рядовых домов.

Детьми Пушукена были: дочь Ахаха по прозвищу Ва(к)куртум ("Драгоценная"), жрица угбабтум, проживавшая в Ашшуре, и сыновья Ашшурмуттаббиль, Бузазу, Икунпаша и Суэйа (3), сотрудничавшие с отцом по делам фирмы (особенно Бузазу).

Исходным пунктом для изучения круга женщин, связанных с Пушукеном, является анонимный документ, так называемый "контракт о перевозке" ССТ VI : 7b, где упоминаются все женщины, состоявшие с Пушукеном в переписке по торговым и производственным делам, кроме одной — некоей Шат-Ашшур:

5. "1 связка (товара), 14 сиклей серебра,
6 для Ламасси и Ахахи, 1 1/2 сикля серебра,
7 для Шубультум, 1 1/2 сикля серебра,
8 для Таришматум и Белатум,
9 1 1/2 сикля для Ламассатум".

а) Ламасси. Документов, позволивших бы судить о ее родичах, нет, как нет (4) и прямого свидетельства о том, что она была женой Пушукена (assatum) (5), однако в пользу такого заключения говорит вся совокупность источников. В документах, касающихся раздела наследства по смерти Пушукена, Ламасси не упоминается; по-видимому, она умерла раньше своего мужа. В письме к Ашшурбани и Шалим-Ашшуру (6) Пушукен пишет: "К сожалению, жена моя умерла"; (la llbbi ilii-ma assiti metat). Речь не может идти о банкротстве, хотя при этом тоже могло употребляться аналогичное выражение, поскольку Ламасси не вела самостоятельной торговой деятельности.

О Ламасси свидетельствуют следующие документы: А) Письма Ламасси к Пушукену: BIN, IV, 9, ibid., 10; BIN VI, 3; ibid., 7; ibid., 11; ibid., 102; CCT III, 19; ibid., 20a; Garelli RA 59 [I960], № 25; письмо Ламасси Пушукену и Ашшурмалику: СТ IV, 21Ь; письмо Ламасси и Ахахи Пушукену: ТС III, 35; письма Пушукена к Ламасси: ССТ II, Зба; фрагмент ССТ VI, На; письмо Бузулии, Шули, Ашшуриштикаля к Ламасси KTS, 60 с.

Упоминания Ламасси: BIN IV, 135:9; ibid., 140:5 (упоминается также Ахаха); ibid. 155:6, ср. EL I, 133; BIN VI, 175: 14; ibid., 222 : 8, 23; ССТ I, 156 : 14, ср. EL I, 127 (также Шат-Ашшур); ibid., 37q. : 15, ср. EL I, 230; ССТ III, 236 : 10 (письмо Тарам-Куби к Инайе) ССТ V, 1а : 37 (письмо Инайи Зннам-Ашшуру и др.); ibid., 41а : 15, ср. Larsen ОАСР, с. 57 (также Ахаха), ibid., 50а : 3; ССТ VI, 27Ь : 27, 28 (также упоминаются Ахахи, Шубультум, Таришматум и Белатум, Ламассатум; ICK 1, 120 : 7 (также упоминается Ахахи); KTS 29Ь : 27, 28 (письмо Ашшурбани, Шалим-Аш-шура, Кулумайи к Пушукену); Garelli RA 58 [1964], 14 : 3, ср. также Larsen, ОАСР, с. 88; id., RA 59 [1965], 6:3 (упоминается Шубультум); ТС I, 70 : 19; ТС II, 36 : 43; ibid., 54 : х + 5 (также Ахаха); ТС III 207:25; ibid., 220: И; АТНЕ 31 (упоминается "жена Пушукена"); ТС I, 30 написано Пушукеном после смерти его assatum. Письма Jena 292 : 4 = EL I, 95 и ТС II, 73 : Гупоминают имя Ламасси, но отождествление ее с женой Пушукена ненадежно, поскольку она пребывает в Анатолии.

б) Ахаха была дочерью Пушукена, о чем свидетельствует много документов, напр., ТС I, 79, ср. EL I, 11; ССТ VI, 21а : 7 и др. Хотя нигде прямо не говорится, что Матерью ее была Ламасси, это, однако, представляется бесспорным. Ахаха выступает как сестра вышеупомянутых сыновей Пушукена (АТНЕ 44; ССТ V, 8а) и часто обозначается как жрица ugbabtum //gubabtum// N1N.DINQIR (АТНЕ 24) или ugbabtum DUMU.MI Pusuken "жрица угбабтум, дочь Пушукена" (АТНЕ 24:34). С большой долей вероятности можно считать, что женщина, носящая прозвище Waqurtum или Waqartum (7), обозначенная также как "дочь Пушукена"(напр., ТС III, 210:24), была та же самая Ахаха. Возможно, что Ахаха получила это прозвище, лишь став самостоятельной в качестве жрицы, но нельзя исключить и то, что ее первоначальное имя было Вакуртум. Письма Ламасси к Пушукену неоднократно упоминают "девочку" (suhurtuni, в единственном числе), не названную по имени. Следует заметить, что в Вавилонии, по-видимому, существовала категория жриц под названием waqqurtum (8), однако в нашем случае представляется, что это не титул, а женское имя (9), поскольку здесь Вакуртум выступает как адресатка и как отправительница писем, в том числе к сыновьям Пушукена, между тем не было обыкновения адресовать письма по званию и без имени.

Дочь Пушукена была посвящена богу Ашшуру (10). В Нижней Месопотамии жрицы-угбабтум были обязаны сохранять безбрачие и бездетность; пребывание в обители требовалось не во всех случаях, и Ахаха также, по крайней мере некоторое время, по-видимому, жил.а в отцовском доме. К ней относятся: письма Veen-hof, Aspects, с. 109 (№ 15) —Ададу, Бузазу, Ашшурмуттаббилю; BIN IV, 96 (Бузазу); BIN VI, 59 (от Ахахи и ее братьев к Пузур-Ашшуру); ССТ II 32а (от Бузазу к Ахахе, Илишаду, Анине и Асануму); ССТ III, 416 (от Вакуртум к Ашшурмуттаббилю); ССТ IV, 316 (от Ахахи к двум неизвестным и Икунпаше); ССТ V, 8а (от Ахахи к братьям); ССТ VI, 44f (от Ахахи к Пузур-Ашшуру и Бузазу); КТН, 7 (от Ахахи к Ашшурмуттаббилю); ТС I, 21 (от Пузур-Ашшура к Ашшуримитти, Илишуду, Бузазу и Вакуртум); ТС II, 46 (от Ахахи к братьям); ТС III, 17 (от Пузур-Ашшура к Вакуртум; ibid., 35 (от Ламасси и Ахахи к Пушукену).

Упоминания об Ахахе или Вакуртум: АТНЕ 24 А, 24В (судебный протокол разбирательства в связи со смертью Пушукена); ibid., 25:2 (печать Вакуртум); BIN VI, 66:3, 5; ibid., 118, 8, ССТ, I, 176 : И, ср. EL I, 130; ССТ V, 2Ь : 5, 22 (письмо Ашшурмуттаббиля и др.); ibid., V, 21a (во всех документах упоминается Ахаха); ibid., 4la, ср. Larsen, OACP, с. 57 (Ахаха и Ламасси); ССТ VI, 276 : (Ахаха и другие женщины дома Пушукена), KTS, 496 : 18, ср. EL I, 125 (Вакуртум); KTS, 50а : 8, ср. EL I, 117 (Ахаха); ТС I, 79:9—28, ср. EL I, И (Ахаха, стк. 28; Вакуртум, стк. 204:9 (Ахаха); ibid., 210:24 (Вакуртум), 28, 36 (Ахаха): ibid.. 16, 22); ТС II, 54 (Ахаха и Ламасси); ТС III, 204 (Ахаха); ibid., 274 :7, 18 (Ахаха).

в) Ламассатум, судя по документу ССТ VI, 276, принадлежала к родне Пушукена, но характер родства установить не удается; жила в Ашшуре и, возможно, была жрицей бога Ашшура. Письма: ССТ IV, 406 (от Ламассатум к Пушукену, Пузур-Ашшуру и др.); KUG, 39 (к Пушукену). Упоминания о ней: КТН 23 : 1Ц ССТ VI, 27, 9; ТС III, 207.

г) Шубультум также принадлежала к кругу Пушукена, с которым переписывалась. Письма: BIN IV, 85; ТС III, 27 (оба—от нее к Пушукену); упоминания: ССТ VI, На (ктисьмо Пушукена к Ламасси); ССТ VI, 276; Garelli RA 59 [1965], 6:4; ТС III, 76:24.

д) Таришматум была, возможно, дочерью Суэйи (старшего) и сестрой Пушукена. 3амужем была за Ашшурмаликом, сыном Лузины. Часть жизни прожила в Канеше, затем переехала в Аиь шур, где сотрудничала с остававшимся там сыном Энлильбани, возглавлявшим известную фирму в Канеше. Вероятно, во время своего пребывания в Анатолии родила дочь, которой было дано имя Хаттитум ("хаттийка")(11). Вместе с Таришматум часто выступает женщина по имени Белатум. 3начительная часть сохранившейся переписки Таришматум и Белатум была адресована Пушукену и найдена в его архиве. Письма Таришматум и Белатум к Пушукену: BIN VI, 117; ОСТ IV, 15с; ССТ VI, 30d; KTS, 23 (вместе с Ашшуримитти); ibid., 24; ibid., 25a; Garelli, RA 59 [1965], 28 (к Пушукену и группе других лиц); ТС I, 46; ТС II, 21 (к Пушукену и группе других лиц). Письма от Энлильбачш, Таришматум и других лиц: BIN VI, 31, ср. Larsen OACP, с. 71; ТС III, 69, ср. Larsen OACP, с. 74; письмо от Пузур-Ашшура к Белатум, Та ришматум и Анине KUG 31. Упоминания о Таришматум и Белатум: (KTBL 17); KTS 53а (упоминается Хаттитум, сестра Знлильбани); KUG, 25; ТС III, 178; ibid., 202 (12).

е) Хаттитум, дочь Ашшурмалика и Таришматум (?)(13), сестра Энлильбани, жена Ашшурра'би, активная участница торговли между Ашшуром и Канешем, партнерша брата. Состояла в тесной связи (в родстве?) с женщинами-анатолийками (?) — Шустпи-ахшушар, Шашама[ш] и Шикриилькой (Ша'крилька); (ССТ III, 31; BIN IV, ,55; BLN VI, 93; ibid., 182; ССТ III, 14). Ей адресованы также письма КТКТ, 67; BIN VI, 126 с дополнением Larsen OACP, с. 15 и ТС III, 116; ср. также упоминание в KTS 53а.

ж) Купания. Была связана деловыми отношениями с Шат-Ашшур, Ламассатум и с сыном Пушукена, Ашшурмутта-ббилем. Письма к Кунании: BIN VI, I (от Ашшурмуттаббиля); ibid., 17 (от Ашшуфтаклаку); ibid., 84 (от Ашшурмуттаббиля к Гарунуве и К.) KTBL 5 (от Ашшурмуттаббиля к K. и другим лицам); КТН, 6 (от Ашшурмутты). Письма от Кунании: ССТ VI, 76 (к Кубинахшу), КТН 5 (к Асуэльке), ТТС 26 (от Шат-Ашшур и К. к Асуэльке и Адуэ).

д) Шат-Ашшур, дочь изрестного купца Шалимахума и жена Ашшурмалика. Проживая в Ашшуре, имела много деловых связей как с торговыми домами, так и с отдельными женщинами, получала из Канеша денежные посылки вместе с женщинами дома Пушукена; сохранилось одно ее письмо к Пушукену (BIN IV, 22).

Другие письма от Шат-Ашшур — ТС III, 76, ТТС 26; Шат-Ашшур от мужа —BIN IV, 75; ССТ IV, 156. Упоминания: BIN IV, 8; ibid., 212; BIN VI, 59; ССТ I, 156; ССТ V, 34а; КТН, 6; ТС III, 21, ср. Larsen OACP, с. 78; ibid., 26; ibid., 210; ТТС 2.

Из женщин, не связанных с домом Пушукена, следует назвать Ахату м, дочь Илибани, жрецу-угбабтум; Асуэльку; Ху(а)талу; Иштарбашти, дочь Имдиилумы, жену сначала Альтаба, а затем Ануве; Иштарламасси, дочь Ашшурнады, жрицу-угбабтум; Нух-шатум; Тарам-Куби, жену Иннайи, состоявшего в близких связях с Пушукеном, Ши-Ламасси. Встречаются единичные упоминания и других женщин.

Каппадокийские документы не дают обей картины общественного положения ашшурских женщин данного периода. Поскольку до нас дошли архивы приезжих торговцев, посвященные прежде всего хозяйственным делам, то в них, естественно, упоминаются из свободных женщин матери, жены и дочери купцов. Из рабынь упоминаются, главным образом, происходившие из местной анатолийской среды. Они занимались домашним хозяйством куищов, но также служили для услаждения их жизни. Чаще всего эти женщины в текстах не называются по имени, а обозначаются как amtum. Этот термин в данном случае трудно переводить как "рабыня", поскольку, беря ее в жены, ашшурскил гражданин рассматривал ее в некотором смысле как настоящую жену и нес но отношению к ней известные обязанности, более серьезные, чем в отношении простой рабыни. Что касается рабынь, проживавших в Ашшуре, то можно предположить, что они были месопотамского происхождения.

Ашшурцы представляли собой довольно текучую, часто сменявшуюся группу жителей Анатолии. По опубликованным текстам нам известно около 1200 имен собственных из круга ашшурских купцов, в том числе некоторое количество женских, и около 800 местных имен собственных, не составлявших, однако, определенного этнического единства (14). Из документов видно, что ашшурцы часто брали в жены местных женщин. Такие браки имели скорее характер легализованного конкубината, ибо жены из автохтонного населения не обозначались термином assatum "жена".

Имена их детям давали обычно типичные либо для круга отца, либо для круга матери.

Находясь долгое время в Канеше или в других karu Каппадокии, ашшурские купцы, особенно первого поколения, старались приобрести жен в Ашшуре. Лишь если такой брак не удавался, купец выбирал себе местную женщину. Это хорошо видно по письму BIN VI, 104 к некоей Нухшатум: <...>

(1) Так говорит Пузур-Ашшур: Нухшатум скажи — "Твой отец написал мне о тебе, чтобы я тебя взял (в жены), (5) а я выcал отроков моих (т. е. слуг) и свое письмо к твоему отцу о тебе, чтобы он устроил твой выезд. Я (прошу, (10) в день, когда ты услышишь там мою табличку, обратись к твоему отцу и с моими отроками пускайся в путь, прибудь сюда! (15) Я один, нет никого, кто при мне состоял бы и заботился о моем столе. Если с моими отроками ты, не прибудешь, я возьму (в жены) (20) в Вахшушане до[чь] (т. е. гражданку) Вахшуша[ны]. Будь любезна, ты сама вместе со слугами моими не [откладывайте, прибудьте сю[да]".

Из письма видно, что брак, как и в Вавилонии, был результатом соглашения жениха (или его отца) с отцом (или опекуном) невесты.

Два следующих документа (EL I, I; 1CK I, 3) могут служить примерами того, как заключался брак с ашшурской гражданкой и как — с местной:

А) ... (5) Ададдамик взял (в жены) отроковицу (suhartum), дочь Иштарнады. Другой жены (assatum) он не возьмет. (10) Если другую жену он возьмет, заплатит 1 мину серебра. Если до второго месяца он не прибудет и о datum (15) своей жены не спросит (15), ту отроковицу отдадут другому мужу; моих братьев он не может (в этом) связывать. (Невеста находится далеко от места заключения сделки,— вероятно, в Ашшуре,— поэтому жениху дается месяц сроку, чтобы забрать ее)(16).

Б) (1) Лакипум взял (в жены) Хаталу, дочь Энишру. Лаки-пум другой служанки (amtum) в (этой) стране (5) не возьмет (в жены), (но) в Городе (= Ашшуре) может взять в жены иеродулу (qadistum). Если в течение двух лет не даст ему потомства, эту служанку он может продать...(17)

Большинство опубликованных документов, касающихся семейного права и, в частности, разводов, а также заклада и продажи членов фамилии за долги, относятся к бракам между анатолийцами или смешанным; правовые нормы в них иногда значительно отличаются от привычных в Месопотамии, но на них мы остановимся в другом месте отдельно. Для настоящей темы более важны документы о разделе наследства. Здесь достаточно отметить, что дочери, являвшиеся жрицами-ugbabtum, наследовали отцу-купцу наравне с братьями, а иногда (как в случае Ахахи, дочери Пушукена) принимали самое активное участие в делах по разделу наследства (ср. КТКТ, 103 = EL I, 9; ICK I, 12; BIN VI, 222; в связи со смертью Пушукена — EL I, 11; АТНЕ, 24; ССТ V, 8а; ibid., 21a, BIN VI, 59 и др.). Дочери ашшурцев, которые не были жрицами, не наследовали отцу, но оока находились в его патриархальной власти (или были связаны в деловом отношеним с его торгавым домом), должны были нести ответственность по долгам и другим финансовым обязательствам отца наряду с матерью и братьями.

Месопотамская семья, довольно часто состоявшая из трех поколений (дед и бабка, дети с их женами, внуки), жила под одной крышей и вела домашнее хозяйство. Роль каждого из членов семьи определялась не только предназначенными для них занятиями в пределах самой семьи, но также личными привязанностями (18) и связями с окружающими семью социальными элементами,— государством, местными общественными организмами, храмом.

Семейная община ашшурских купцов староассирийского периода имела свои специфические черты. Часть членов семьи, как правило, находилась в отсутствии. Отец и нередко также взрослые сыновья оставались в Каппадокии, между тем как жена и дочери пребывали в Ашшуре, так же как несовершеннолетние сыновья и другие родичи и зависимые лица. Так, мы читаем в письме Ла-масси к Пушукену, ССТ III, 20 : 15—22, что она наткала одежду для "людей дома" (nisi bitim) и "отроков" (suharu).

Упомянутые здесь "люди дома" и "отроки" входили в состав семьи, о которой должна была заботиться хозяйка дома.

Разлука между супругами могла быть краткой, часто на определенный срок, например, на 3 года, но в некоторых случаях длилась и дольше. Пушукен, который, по-видимому, отправился в Каппадокию в ранней молодости, пробыл там большую часть своей жизни. Там же жили и сотрудничали с ним его сыновья. Положение могло быть и иным: в Канеше найдены документы, указывающие на пребывание семейств целиком в Каппадокии, например, семья Ашшурмалика, сына Лузины, вместе с женой Таришматум и детьми Энлильбами и Хаттитум (в Каппадокии жил также сын Энлильбани, Наб-Суэн); семья Имдиилума с детьми Иштарбашти и Пузур-Иштаром. Второе поколение ашшурских купцов нередко продолжало дела фирмы своих отцов после их отъезда или смерти.

Часто лицом, имевшим в действительности решающий голос в семье, при отъезде мужа, оказывалась женщина — жена или мать, У нас нет точных сведений в текстах, которые позволили бы реконструировать состав остававшейся в Ашшуре семьи. Но нет упоминаний об отце мужа, его брате и т. ;п., которые в отсутствие paterfamilias должны были бы решать вооросы, связа-нные с домом и семьей в соответствии с патриархальным укладом. Поэтому нам приходится заключить, что бремя опеки над семьей лежало на женщине. Так, вероятно, обстояло дело в случае семьи Пушукена, поскольку известно, что и отец этого купца, Суэйа, находился некоторое время в Кащтадо-кии. Можно предположить, что как заместительница отсутствующего мужа женщина частично принимала на себя функции, принадлежавшие paterfamilias. Жена Пушукена была в доме особа властная, имевшая большое влияние в воспитании лиц младшего поколения, оставшихся под ее опекой. Ей выпала не только роль домашней хозяйки, но и воспитательницы детей; она работала также и профессионально — как ткачиха и глава ткацкой мастерской.

Переписка между родичами обычно не выходила за рамки деловых вопросов. Значительное число документов говорит о сотрудничестве братьев и сестер-жриц. Родичи относились друг к другу с подчеркнутым уважением и охотно доверяли друг другу деловое представительство. Забота братьев об интересах сестры, с одной стороны, и поддержка и помощь с ее стороны ясно видны, в числе прочих документов, и из текстов, относящихся к Ахахе-Вакуртум и ее братьям. Братья заботились о ее наследственных интересах и доходах, она же заботилась об их разнообразных делах в Ашшуре. Уважение братьев к ней выражается, между прочим, в том, что ее имя часто ставится впереди их имен. Аналогичные отношения связывали семью Пушукена с Таришматум,— вероятно, его сестрой.

Свободная ашшурская женщина, оставаясь одна на родине* была вынуждена заниматься делами, в сущности лежавшими в ведении отца семейства. Кроме того, она была связана крепкими нитями деловых отношении с предприятием мужа, выполняла его поручения, относизшиеся к производству или закупке товаров, обеспечивала себя сырьем и рабочей силой. Вместе со слугами и рабами, а также пребывающими в доме членами семейства, особенно с дочерьми, она интенсивно заботилась о семейном благосостоянии. Здесь мы остановимся преимущественно на деятельности женщин из семейства Пушукена; к сожалению, нет возможности осветить деятельность женщин из других социальных групп.

Важнейшим вкладом Ламасси в накопление имущества мужа было изготовление тканей для отправки в Анатолию. Многие ее письма упоминают количество или качество тканей (BIN IV, 9, 10, VI, 7, 11, ССТ III, 20, IV, 216, VI, На). Из писем не явствует, в ка-кой мере участвовала сама Ламасси ,в изготовлении тканей, и сколько из них были куплеными. Обычно называется число тканей (TUG); К. Феенхоф склонен думать, что ткани были стандартного размера (около 2,5 м), необходимого для одного одеяния. Пушукен давал жене определенные задания в отношении числа и качества различных тканей и проверял их соответствие весу посланной на них шерсти. Из письма BIN IV, 10 мы, между прочим, узнаем, что юная дочь Пушукена, Ахаха, тоже участвовала в изготовлении тканей вместе с матерью. Ткани пересылались через различных доверенных лиц Пушукена и его партнеров в Канеш. Ушомжнуты Ахувакар, Ашшурмалик, Элайа, Иди-Суэн, Иашар, Кулуммайай, У рани; последний привозил на обратном пути серебро из Канеша. В сохранившихся письмах упомянуто более 70 тканей, отправленных Ламасси в Анатолию, не считая тех, которые делались для домашних нужд, а также взамен признан Hbix недостаточно хорошими. Преимущественно посылались ткани обычного качества, хотя иногда и роскошные.

В письмах Ламасси к Пушукену часто встречаются подтверждения получения посылок серебра и золота, поступивших из Канеша (19). Это было вознаграждением за присланные ткани и вьплатой на содержание дома в Ашшуре (ССТ VI, 276; BIN IV, 10, 112). Ср. письмо Пушукена к Ламасси ССТ II, Зба : <...> мину 15 сиклей серебра — его сбор nishatum приложен, его сбор Sadduatum уплачен (20) — с моей печатью Дан-Ашшур несет тебе. Пусть это будет Уплата за 1 или 2 ткани (из) посылки, которую ты мне выслала. Серебро твое они полностью выплачивают тебе". По-видимому, это скорее задаток за всю посылку, так как превосходит цену одной и даже двух тканей (21).

В письме Пушукена к Ламасси ССТ VI, На отправитель, скрупулезно вычисляя, подтверждает получение 28 различного рода тканей. Отмечается, что "1 ткань—nisljatum", т. е. цена 1 ткани равна сбору nishatum и идет на его покрытие.

Помимо тканей, Ламасси занималась накоплением и высылкой также и других товаров и предметов — как для повседневного обихода, так и предметов роскоши (гематит, АТНЕ 31 : 11); сверх того, она спорадически занималась закупкой сырья для Анатолии, например, олова (RA 58, 17:5 —через раба Пушукена). Нередко Ламасси жалуется на задержку посылок, иногда просит мужа о присылке сырья для производства,— например, шерсти (BIN VI, 7; BIN IV, 9 : 18). Похоже, что Ламасси хотела, чтобы шерсть спрятали от чиновников, проверяющих товар

(Garelli, RA 59, 25): <...>"... в Городе (=Ашшуре) шерсть дорога, когда будешь класть (в кошель) 1 мину серебра, положи внутрь шерсти". Пушукен тоже посылал жене разный товар. В письме ССТ III, 20 Ламасси подтверждает получение от родных посланных 9 + 3 тканей, 2+1 предметов suppanu бронзовых, 1+2+1 ложек бронзовых, 1 + 1 серебряных предметов suppanu и т. п.

Систематической работорговли ашшурских купцев из документов не выявляется, однако есть указания на спорадические случаи купли и продажи рабов и рабынь и отправки их вместе с товарами, из Канеша в Ашшур (письмо Пушукена к Ламасси GCT II, 3ба : наряду с различными бронзовыми предметами и 21 миной меди на жертву-ikrlbu Белу — здесь, вероятно, Ададу или Ашшуру,— жене посылается "отрок" — suharuib и рабыня — amtum, с приказом держать в доме и не выпускать). Кажется, однако, что работорговческие операции происходили скорее в Ашшуре, чем в Канеше (ср. письмо Ламасси, ОагеЩ, RA 59, 25). Надо полагать, что покупка рабов и рабынь была обычным делом для Ламасси, державшей ткацкую мастерскую с довольно большим размахом производства.

На Ламасси лежали также обязанности управления семейным имуществом в Ашшуре. Пушукен, накапливая денежное богатство (серебро, золото) в Канеше, старался вкладывать его в Ашшуре, в том числе в строительство и оборудование домов, которые затем продавал (Garelli, RA, 58, 22; Cont30 (TTC) 6; ТС II, 2) или сдавал внаймы. У нас нет, однако, данных о том, чтобы этим занималась Ламасси; зато она наблюдала за работами и доносила об их ходе (BIN IV, 10): <...>"Что касается балок, которые укладывают, (за) все он (Урани, человек Пушукена) много назначил, (и) я не смогла нанять наемника". В письме ССТ III, 20 речь идет о протесте Ламасси против постройки людьми соседа какой-то стены в ненадлежащем месте. Сосед тоже находится в Канеше (и тоже строит дом в Ашшуре), а Ламасси просит мужа потребовать от него соблюдения порядка.

Ламасси приходилось решать финансовые вопросы от имени мужа и иметь дело с должностными лицами Города. Но Пушукен не вовсе оставил свои дела в Ашшуре на жену; нередко он наезжал туда и сам (BIN IV, 10).

Иногда при отъезде, по неизвестной причине, Пушукен не успевал закончить расчеты с чиновниками по уплате выездной пошлины (wasltum), и этим делом приходилось заниматься Ламасси (BIN VI, 3). В данном случае она сочла возможным уплатить эпониму (limum) Шудайе то, что предназначалось для эпонима Бузазж. В письме ССТ III, 196 Ламасси просит не вмешивать ее имя в какие-то незавершенные деловые расчеты. Ср. еще RA 59/25: <...> " серебра 1 мину, твой выездной сбор, что ты послал мне, от меня потребовал museum ("входящий" — род таможенного чиновника). Я за тебя боялась и не отдала. Я сказала: "пусть войдет (сам) эпоним (limum), 1дома пусть заберет!"

Наряду со всем этим, Ламасси выполняла обычные обязанности жены и домохозяйки: вела дом, заботилась о домашних, воспитывала потомство.

Можно было бы задать вопрос, могла ли Ламасси держать все эти дела в памяти. Ее письма свидетельствуют о тщательном регистрировании всех поступавших и отсылавшихся товаров. Представляется, что она должна была иметь при себе служащего, связанного с домом Пушукена, который вел бы соответственную документацию. Это кажется нам более правдоподобным, чем предположение, что Ламасси сама вела письменную отчетность дома. Несмотря на отсутствие документальных доказательств, мы склонны даже обобщить это предположение и высказать мнение, что женщины из купеческих семей скорее всего читать и писать не умели.

На деятельности других женщин этого круга мы остановимся лишь бегло. Ахаха, или Вакуртум, дочь Пушукена и Ламасси, выступает в письмах как особа, занимающаяся разнообразной хозяйственной деятельностью. Она интенсивно занималась финансовыми, торговыми, ремесленными делам-и, выполняла функции жрицы и исполняла разные административные обязанности, связанные с семейным имуществом. Она принимала активное участие в сложных делах, возникавших в связи со спорами о наследстве и разделе имущества с компаньонами отца после его смерти, в частности, ведала едва ли не всеми финансовыми вопросами на ашшурском конце. Будучи жрицей, она была равноправным деловым партнером своих братьев (ССТ IV, 316; ССТ V, 8а; ТС I, 21:/ ССТ V, 26; 21 а; ТС I, 79 и т. д.). См., например, ТС II, 46: <...> "Здесь дом Шу-Энлиля нажал на нас из-за серебра. Мы взяли под процент и успокоили их. Эпоним (llmum) старается испугать меня и (даже) моих рабынь хочет забрать в залог. Пошлите мне 1 мину серебра, а ваши представители пусть его придержат и пусть отвесят (серебро) тому, кто от меня приходит. Вы же там знаете, что здесь находится надел дома нашего отца! Будьте братьями! Справьтесь с этими делами, а я буду вашей представительницей".

Из дальнейших писем Ахахи видно, что средства ее все время уменьшаются и она беднеет (АТНЕ 44; BIN IV, 96; ССТ III, 41 Л).

Ср. также письма КТН 7; BIN VI, 59; ТС III, 17; ССТ II, 32 Ъ; КТН 496: 18; ТС III, 210:24; 274 : 12, 18, рисующие деловую активность Ахахи-Вакуртум. О деятельности ее в доме известий нет,— очевидно, потому, что она была жрицей. Возможно, что свои письма она писала сама.

Более интересна деятельность Шат-Ашшур, жены Ашшурма-лика, которая была участницей в деле Пушукена и получала or него денежные и другие посылки наряду с его ближайшими родственницами (см. о ней выше).

Переписка Шат-Ашшур с мужем (нам известно два письма ог него) отличается от обычной переписки, ведшейся между Ашшуром и Канешем, взаимными запросами и сообщениями о здоровье супругов и семьи. В остальном это такие же деловые письма, и деятельность Шат-Ашшур в этом отношении мало отличается от занятий Ламасси. Отметим, однако, несколько своеобразных черт. В письме ТС III, 76 Шат-Ашшур обращается к нескольким ашшурским торговцам в Канеше, сообщая, что некий Дан-Ашшур (видимо, ее родственник) "в воротах смерти" передал при свидетеляx (тут же перечисленных) некоему Эннам-Ашшуру 30 мин серебра со словами: "об этом серебре мои ummeanu (кредиторы-скупщики?) знать не должны, пусть оно останется у тебя; отдай его моим детям". Шат-Ашшур хлопочет, чтобы деньги были переданы наследникам Дан-Ашшура; вероятно, они появились у него в результате какой-либо незаконной сделки.

Представляет интерес письмо Шат-Ашшур к Пушукену с просьбой о материальной помощи в связи с какими-то обрушившимися на ее семью бедами (BIN IV, 22): "из-за беды весь дом з смятении (masub)- кроме тебя, никого нет, другого не имею... 20 сила (в месяц) вместе с твоими рабынями назначили мне, рабыни едят 20 сила, и я тоже должна есть 20 сила". Между тем, Шат-Ашшур была довольно состоятельной, и ей приходилось покупать рабов, например, согласно BIN IV, 212, она по чьему-то поручению купила дорогую рабыню, ценой в 1 мину (60 сиклей) серебра.

О Шат-Ашшур известно, что она имела различные деловые отношения с местными каппадокийскими женщинами и, видимо, по крайней мере одно время, жила в Канеше (КТН, 6; ТТС, 26, ср. ССТ III, 254).

Мы не будем здесь затрагивать деятельности Шубультум, Таришматум, Белатум, Хаттитум и других упомина-вшихся выше женщин; сведения о них хотя и пополняют наши знания об ашшурских и канешских женщинах, однако лишь в частностях. Остановимся лишь еще на жрицах.

У нас нет достаточных данных для суждения о функциях и категориях жриц, характерных для Ашшура исследуемого периода; приходится довольствоваться случайными упоминаниями в письмах и документах. Так, в частноправовых документах встречаются печати жриц-ugbabtum (с именем или безымянные); эти жрицы выступают в качестве свидетельниц или сторон в деле. Из брачных контактов видно, что жрица низшей категории — qadlstum могла стать женой ашшурского купца — однако только на родине; в таком случае купец мог одновременно иметь фактическую жену из местного населения. При разделе наследства жрицы находились в более привилегированном положении, чем остальные женщины.

Чаще других упоминаются жрицы-ugbabtum = NIN. DINC/IR. Кажется, они занимали высшую ступень в иерархии; некоторые ugbabtum, например Ахаха-Вакуртум, были посвящены главному богу города, Ашшуру. По своему правовому положению, ашшурская ugbabtum наломинает вавилонскую nadltum, однако нет данных, чтобы ей полагалось жить в особой обители (как, например, в Сиппаре). Из переписки Ламасси с Пушукеном следует, что девушку отдавали в ugbabtum по достижении ею физической зрелости и обеспечении ее приданым. Отметим попутно, что кадетские купцы приносили клятвы мечом (patrum) и эмблемой-sugarium бога Ашшура, которые находились не в городе Ашшуре, а, вероятно, в храме того же бога в Уршу по дороге в Анатолию. Помимо Ашшура, известны жрицы и других божеств (22).

Нам известны имена четырех ugbabtum: Абшалим, дочь Амур-Иштара, Ахаха-Вакуртум, дочь Пушукена, Ахатум, дочь Илибани, и Иштар-Ламасси. Возможно, жрицами были также Ламассатум, Итарбашти и некоторые другие.

Абшалим и Ахаха выполняли свои функции, по-видимому, одновременно. Печать ugbabtum, часто без имени, на документах, составленных в Анатолии, указывает на то, что они не обязательно пребывали в Ашшуре, а отсутствие имени может означать, что одновременно действовала только одна ugbabtum, так что всегда было ясно, о ком идет речь. О других категориях жриц, кроме главной жрицы — ugbabtum и иеродулы — qadistum, нам мало известно, хотя в документах упоминаются еще Salitum (KTS, 2ба) и barltum (ТС I, 515), которые в Нижней Месопотамии были связаны с гаданиями и заклинаниями. Нам не кажется, что waqqurtum, прозвище дочери Пушукена,—это жреческое звание, как уже упоминалось, мы считаем, что это другое имя Ахахи.

Примечания:

1. Резюме книги, вышедшей на польском языке: K. Lyczkowska, Pozycja spoleczna kobiety w okresie staroasyryjskim na podsta\vte dokumentow z Kanes w Azji Mniejszej, Warszawa, 1979.
2. P. Garelli, LAC, с. 233.
3. J. Lewy, HUCA 27 (1956), с. 8; P. Garelli, LAC, с. 233 sqq; К. F. Veenhof, Aspects, 110 sqq.; M. T. Larsen, City-State, c. 81.
4. Согласно ICK I, 32, хаттийка Валабала, жена Пилах-Иштара, имела дочь, имя которой, по-видимому, было Ламасси. Не исключено, хотя и не доказано, что это — не тезка, а та самая Ламасси.
5. Ср. замечание в кн.: Larsen, ОАСР, сс. 55, 66.
6.ТС I, 30.
7. Об идентичности обоих имен см. Hecker, GKT п. 9а.
8. J. Renger, ZA 53 [1967], с. 134; Н. Hirsch, UAR, с. 56.
9. EL I, сЛЗа; CAD s. v. aqaru.
10. См. письмо Ламасси к Пушукену (ССТ III, 20, 15—22): "Что до тканей, о которых ты писал мне, а я тебе не выслала, пусть сердце твое не болит. Так как отроковица подросла, пришлось приготовить одну или две тяжелые (ткани) для приданого. Также для "людей дома" (nisibitim, т. е. зависимых членов фамилии) и для отроков я изготовила (ткани), больше не смогла соткать... Отроковица уже подросла; сделай милость, приезжай скорее и положи ее на лоно (богу) Ашшуру, обними ноги твоего бога!"/ BIN IV, 9 : 20—23 содержит такую же просьбу.
11. В. Landsberger, ArOr 18 1/2, с, 373, прим., 43.
12 Возможно, что Тариша, упоминаемая в КТКТ, 18 — та же Таришмагум — Ред.
13. J. Lewy, ArOr 18.3, с. 372. 70
14. Большинство текстов не обработано. Некоторые из них опубликованы в работе К. Balkan, Observations, 28, 43, 65, 73. Ср. замечания в кн.: Larsen, City-State, с. 50 сл.
15 Datum —обязательный подарок, иногда нечто вроде взятки, но более или менее узаконенной. Здесь — в неясном значении.
16. <...>
17. См. также Landsberger ArOr 18, 1/2, c. 338; BIN VI, 222; W. von Soden, Wdo, VIII, 2. c. 216: <...> "о Ламасси, же[не его], иеродуле".
18. См., например, письма RA 59, 25:3—11 (жалоба Ламасси на козни злых .людей и просьба к мужу приехать); BIN VI, 7 : 2—7; ТС III, 35 : 15—20 (просьба нe забыть жертвы по обету богине Ташметум); подарки Пушукена Ламасси и AxaxeiBlN IV, 140; ССТ III, 20:5—14; личным отношениям посвящено, например, письмо Ашшурмалика к Шат-Ашшур, BIN IV, 75, ССТ IV, 15; об уважении к памяти отца говорит письмо Ахахи, Суэйи, Бузазу и Икунпаши к Пузур-Ашшуру, BIN VI, 59.
19. Денежные посылки (серебро, золото), поступающие на имя Ламасси, см.: BIN IV, 9; 135:8; 140:5 (вместе с Ахахой); 155:5; ССТ I, 156:13; 37а : 15; ССТ V, 41 :14 (вместе с Ахахой); ССТ VI, 27Ь : 5; ICK I, 120 : 5; Garelli, RA 59.
20. Nishitum — сбор, уплачиваемый дворцу местного государства в Анатолии, ср. Veenhof, Aspects, с. 85 прим.; gadduitum — сбор или экспортная пошлина при вывозе серебра или золота из Анатолии в Ашшур, ср. Veenhof. Aspects, с. 268, 280 прим.; Larsen, OACP, с. 159.
21. Ср. цены тканей у Garelli, LAC, с. 286, 289 прим.
22. Ср. Н. Hirsch. UAR. с. 72 п.

Источник: Древний Восток, 4. Сб. статей/ Ред. коллегия Н.В. Арутюнян и др. Ер., Изд-во АН Арм. ССР, 1983. С. 65-82.

Назад

Copyright © 2003-2012 Upelsinka's Page

 

 

 

Вернуться на главную страницу