English


Автор проекта:
Марина В. Воробьева


Е. А. Окладникова

Символы мужского и женского начал
в космогонических представлениях
индейцев Северной и Центральной Калифорнии

В изобразительной магии — практике синкретического первобытного сознания или его акциональной реализации символика мужского и женского начал с эпохи палеолита представлена двумя контрастными группами знаков.1 Идея дуальности мироздания как динамической системы нашла отражение в мировоззрении индейцев Калифорнии, до начала XIX в. сохранивших культуру охотников и собирателей. Наиболее яркие представления о существовании двух противоположных начал, ассоциировавшихся с мужской и женской сущностью, сохранились в мифах — теории синкретического первобытного сознания, церемониальных регалиях, ритуалах, орнаменте водонепроницаемых сосудов, сплетенных из травы. Для изучения символики мужского и женского начал в первобытной философии индейцев Калифорнии названные источники представляют информативно насыщенный и количественно обширный материал, пока мало изученный.

Цель настоящей работы — попытаться выделить символы мужского и женского начал в зооморфной космого-нии2 и орнаментальном искусстве индейцев Северной и Центральной Калифорнии (этнографические материалы XVIII—XIX вв.).

На юге Калифорнии среди индейцев серрано, люизъено, дигуэно, типаи-ипаи, мохав и др. зафиксированы мифы о создании Земли и людей, отразившие развитые (в сравнении с северокалифорнийскими) представления, навеянные философией земледельцев пуэбло.3 Основными действующими лицами инцестуозных космогонических мифов
южнокалифорнийских индейцев являются брат и сестра, которые иногда заменяются образами враждующих близнецов. Брат «Ничто» и сестра «Пустота» в форме двух облаков образовывают Великое Неизведанное или Хаос. В результате их союза создается Вселенная. В одной из версий сказания о творении мира актом создания явилось касание рукой брата частей тела сестры. В момент касания брат называет вновь сформированные объекты Природы.4 В поздних версиях мифа о творении в результате союза брата и сестры рождается демиург — создатель мира. На созданной земле демиург, обычно Орел или его антропоморфная ипостась — Вийот, Марумда, Олелбис и др., обретает супругу (помощника) или -спутника — Койота, существо андрогинной природы.

В циклах космогонических сказаний индейцев Центральной Калифорнии (костанью, эсселен, мивок, юкут, патвин, юки, помо) и Северной Калифорнии (винту, яна, юрок, ачумави, като, синкион, хучном) близнечные мифы, объясняющие появление демиурга-создателя, отсутствуют и повествование начинается с описания активности творца и его помощников после потопа. В этих мифах изначальная субстанция — вода олицетворяет нерасчлененный, бескачественный Хаос, организованный появлением на водной глади твердого тела: куска дерева, бревна, небольшого островка, кучи перьев, пены и листьев, столба. На столбе/ горе появляется дом/гнездо демиургов: Ворона и Ястреба, Орла и Койота, Сокола и Ворона.5

Не только птицы могут образовывать контрастные пары демиургов, олицетворяющих два противоположных начала, но и другие персонажи зооорнитоморфного пантеона, оказавшиеся в момент творения в гнезде или доме на вершине горы (обычно под домом подразумевалось ритуальное помещение — дом для потения), например Кролик, Ящерица, Белка и др. Не всегда можно установить пол каждого из членов пар. В некоторых мифах женская сущность второго демиурга тщательно скрыта, о ней можно догадываться только по косвенным признакам. В юкутском мифе Ворон и Ястреб создают «допотопное человечество», которое затем превращается ими в настоящих зверей и птиц — источник питания людей.6

В другой версии мифа Ястреб описан как женщина, жена Койота.7 Ворон в этом же мифе выступает как заместитель Койота, олицетворяя мужское начало.

Племена
Мужские демиурги
Женские демиурги
Родственные связи
Юрок Вдовец, "который живет за океаном", победитель чудовищ, устроитель первого дома для потения Койот, женщина-скат, которая увозит Творца-Вдовца за океан, т.е. совершает акт, тождественный умертвлению  
Винту Олелбис - "Великий путешественник" Койот (помощник Олелбиса, его спутник в странствиях по земле, позднее трикстер)  
Като Пагаишо - "Великий путешественник" Гром-дождь  
Синкион Коуи - "Великий путешественник" Койот, женщина-скат  
Хупа Ракшуатлакете - победитель чудовищ, обладатель сильного эротического импульса Койот  
Юки Тиакомол - "Тот, кто ходит один"    
Восточные помо Марумда   Койот - младший брат матери Марумды
Костанью, эсселен, мивок, юкут Орел (вождь, хозяин) Койот (шаман, слуга, муж первой женщины, прародитель людей)  
Хучном, прибрежные юки Тиакомол Койот  
Яна Черно-бурая лиса Кролики, белки, ящерицы  
Патвин Катит Койот  
Юма Шакумат (Небо) Матавиль (Земля) Братья
Чименеви Пума-Волк Койот  
Серрано Пакрокатат Кикутат (создан из левого плеча Пакрокатата)  
Люизъено "Ничто" (Небо) "Пустота" (Земля) Брат и сестра
Янео Чиничинич-создатель Ворон, Койот  
Габриэлино Тобохар Пабавит Пабавит - супруг, спутник Тобохара
Шошоны Небо-Отец Земля-Мать Родители Вийота


В третьей версии пара демиургов представлена Вороном и Соколом. Образ Сокола в мифологии индейцев Центральной Калифорнии связан с шаманской медиативной активностью, к которой были причастны в основном мужчины. Соответственно Ворону отведена женская роль.8 Приведенные примеры указывают на андрогинность одного из демиургов, обычно Ворона или Койота, при условии последовательно подчеркиваемого мужского начала в другом.9 Двойственная природа одного из демиургов в контексте мифа о творении Северной и Центральной Калифорнии восходит к травестии: способности к перемене не только пола, но и смене социальных ролей. В мифах Койот часто выступает как имитатор женской сущности в сфере производства (плетение корзин) и производительной сфере (воспитание детей, рожденных женщиной, притом второго демиурга, Волка, он заставляет именовать себя отцом детей). В данном случае травестия Койота и, следовательно, его двойственная природа может быть рассмотрена как метафора полового слияния. Метафорична также и маниакальная страсть Койота мифов индейцев Северной и Центральной Америки к обменам (в частности, к обмену брачными партнерами) .10

Тождество между именем демиурга и его действиями определяет место мифологического персонажа в структуре сюжета, что легко проследить на материале таблицы.12

Мужское начало достаточно прозрачно отражают имена-характеристики антропоморфных творцов мироздания индейцев Северной и Центральной Калифорнии, противопоставленные женским. Функции мужских и женских демиургов разграничены: Орел, Вийот, Марумда, Олелбис оказываются ответственными за организацию физической Вселенной, а Койот — социальной. При этом устроитель социума находится в подчиненном положении супруги, слуги, друга, помощника первого демиурга, устроителя и организатора Природы, Вселенной.13

До появления людей на Земле оба демиурга действуют сообща, создавая настоящих людей, возводя горы, прокладывая водные артерии. В деле создания человека они пользуются подсобными средствами: глиной, землей, деревянными палочками, которые либо кладут на землю, либо оставляют на ночь в пустых домах.14 Утром палочки чудесным образом превращаются в разноязыкие племена. Ежегодно этот акт «повторяется» в процессе инициаций: превращений детей в настоящих охотников, взрослых, обученных членов коллектива. Инициации происходят в помещении дома для церемоний или доме для потения. После создания социума Орел оставляет людей на попечение Койота, а сам, отстранившись от земных (хозяйственных) дел, удаляется на небеса. Размежевание функций Орла и Койота в сознании индейцев отражало процесс разделения мужских и женских обязанностей в сфере социальной активности. С этого момента Койот все чаще выступает в роли трикстера, а Орел все отчетливее обретает антропоморфные черты.

До момента размежевания функций и до совместной деятельности орнитоморфный демиург занимался творением Земли, используя для этих целей помощников — ныряльщиков, типа утки, лягушки, реже голубя. Из песчинок ила, которые ныряльщики с большим трудом доставали со дна моря, куска дерева (юкуты), плота (майду) или из «ничего», с поверхности которого соскребается земля (ачумави, шаста), корзины, исполненной в технике кольцевого плетения, демиург создает Землю, круглую как блюдце.'5 Вступив на нее, он начинает ее расширять, постепенно превращая в огромный плоский круг, плавающий в океане. Орел и Койот во время своих странствий по вновь созданной Земле из песка и глины создают горные хребты.16 Тиакомол из четырех китовых шкур изготавливает небесный свод,17 из шкур собак творец делает небо в мифах индейцев майду, а у шаста создатель для этой цели использует шкуры черно-бурых лисиц.18 Койот трясет Землю как одеяло, и на ней образуются реки, горы, долины (мивок),19 в то время как Орел делает горы из перьев священного красноголового дятла, отсюда орнамент плетеных водонепроницаемых сосудов: Красные горы.

В наиболее абстрактной форме деятельность демиурга по созданию суши описана в мифе индейцев мивок, в котором Ворон, качаясь на волнах Мирового океана, обуреваемый жаждой творения, при помощи магии слов создает Землю.21 Мысль есть реализация потребности, желания; желание и мысль тождественны.22 «Всякое слово тождественно действию; всякое название есть воспроизведение действия», — писала О. М. Фрейденберг.23 Поэтому в случае применения вербальной магии произнесение слов — уже ритуал.24 Вся деятельность Куксу укладывается в формулу: мысль — слово — дело. Эта формула сближает образ Куксу с образами демиургов Старого и Нового Света. У Платона демиург воплощал идею космической деятельности ума, позднее демиург стал творческим началом, преобразующим мир (гностики), затем понятие демиурга нашло выражение в идее идеального разума, первоначала, создававшего мироздание (Гегель).

Характерными чертами демиурга — создателя физической Вселенной индейцев Северной и Центральной Калифорнии помимо активности были одиночество (аналог якутского Эр-Соготоха, букв. «одинокого») и обладание голосом, словом, способностью петь (ритуальное пение, заклинание) ,25 Деяния Куксу аналогичны деятельности Вяйномейнена в «Калевале»:

«Одинокий Вяйномейнен родился,
появился певец…»26

Интересно, что, несмотря на обычно ярко выраженную орнитоморфность внешнего облика, демиург — создатель суши лишен в мифах индейцев Калифорнии одного из своих наиболее функционально значимых атрибутов — мирового яйца, характерного атрибута орнитоморфных демиургов Старого Света (миф о ныряльщиках прафинской традиции, мировое яйцо ведийской мифологии). В калифорнийских космогонических мифах можно найти лишь косвенные указания на существование подобного атрибута демиурга. Например, во время обряда инициаций индейцев мивок персонификатор Куксу появлялся среди собравшихся с куском перламутровой раковины во рту, завернутой в листья.27 Этот кусок перламутра мог символизировать яйцо, каплю пресной воды и т. п. В юкутском мифе о старухе-прародительнице, Микити, дочь старухи съедает медведь гризли. На месте происшествия старуха находит листья клевера, обагренные кровью дочери. Она кладет их в водонепроницаемый плетеный сосуд, который накрывает аналогичным сосудом и оставляет на ночь в ручье. Получившаяся «конструкция» напоминает яйцо. Утром она находит в этих корзинах младенца.28 В космогоническом мифе индейцев мивок Ворон-Куксу создает Землю из каучукового шара, который носит под своим крылом.29 Возможно, отсутствие в мифах индейцев Калифорнии такого сюжета, как мировое яйцо, есть свидетельство и следствие своеобразия развития культуры-изолята американских индейцев.

Если сфера активности Орла/Вийота — земля, то мироустроительная деятельность Койота связана с горами, но более с водной стихией. В частности, он прокладывает реки Сан-Хоакин и Сакраменто, которые заставляет течь через созданные им же Золотые Ворота.30 В деле организации социального универсума Койот очень тесно связан с женщиной (либо реальной, уже существующей до появления демиургов на Земле, либо созданной ими из самки оленя).31 В мифологии индейцев Калифорнии женщина ассоциируется с водной стихией, миром мертвых, представлениями о смерти/рождении. Так, история об утонувшей в океане жене Койота: ее кремация, тризна по ней и последующее воскрешение (мифы индейцев Северной Калифорнии) — перекликается с легендами орфического типа индейцев Центральной и Южной Калифорнии, в частности с мифом о жене, указавшей мужу дорогу в мир мертвых.32 В космогоническом мифе индейцев майду темное, водное начало персонифицировано в образе женщины-воды, а светлое, небесное — в образе Орла. Так, женщина-вода гасит вселенский пожар, который Олелбис посылает людям как кару в наказание за похищение сына — огнива или кремня (Солнце-огонь).33 Койот косвенно, через женщину34 или прямо (похороны Вийота-Олелбиса, организация первой погребальной церемонии, поедание мяса—сердца—души творца)35 связан с идеей разрушения, смерти. Койот учит людей ритуалам, но действие произносимых им заклинаний оказывается столь сильным, что первые люди — участники церемоний гибнут. Койот оставляет их тела на ночь в яме, наутро они воскресают.36

В отличие от Орла-Вийота, связанного мифологической традицией с Луной, Койот ассоциируется с солнцем, огнем, дневным светом, выступая в роли трикстера, вора. Украденный у людей верхнего мира (горных людей, небожителей, духов-предков) небесный огонь Койот приносит людям нижнего мира, т. е. людям Земли.37

На юге Калифорнии, у люизъено в роли вора солнца-огня выступает Ворон. У юки и юкутов Койот и творец Хаинит, Юнеюкит создают светила и подвешивают их в сетке для переноски тяжестей к небосводу.38 В другом мифе отношения родства Койота с Солнцем (вор огня, обычно небесного, солнечного), Луной (Вийот-Луна), Громом (через стихию дождя, грозы) позволяют демиургу заставить их прекратить функционировать, чем он наказывает человечество и вызывает потоп.39

В мифах индейцев юкутов, описывающих жизнь племен-владельцев огня, имеются красноречивые подробности, выражающие представления индейцев Калифорнии об отношении противоположностей: рядом с солнцем обязательно находятся мифологические существа, связанные с водной, темной, хтонической стихией, например черепаха, лягушка, ящерица, а рядом с ночным солнцем — Луной располагаются светлые, благодетельные. Так, горный костер горит под брюхом огромной черепахи в центре стойбища жителей верхнего мира в юкутских мифах.40 «Ничто» — олицетворение мужского начала мифологии южнокалифорнийских индейцев — связано с ночью, светлое, орнитоморфное божество Вийот-Орел обращается в Луну. В одном из юкутских мифов владельцы огня утка Вулвул, Туман, Дождь41 и Паук42 преследуют похитителей огня, которые укрываются в доме для потения нижнего мира. В другом мифе сказано, что горные племена живут в круге из скал и солнце светит прямо над их головами. Койот усыпляет их, в то время как мыши перегрызают веревку, на которой повешено солнце. Койот приносит солнце на берег озера Клир. Его орнитоморфные помощники прикрепляют его к небосклону.43 Существа нижнего, хтонического мира бывают хорошо осведомлены о делах обитателей верхнего мира, например Ящерица указывает место пребывания жены Сокола, которую украл Орел и принес на небо, небесному старцу.44 Судя по деяниям, атрибутам и внешнему облику, демиурги космогонических сказаний индейцев Калифорнии персонифицируют два противоположных начала: мужское – женское / небесное – вводно-земное , поэтому в бинарной модели мира их образы легко соотносятся с представлениями верх — низ.

ОРЕЛ
КОЙОТ

Одиночество
Положительный герой / вождь, создатель
Сфера обитания: Небо
Сфера деятельности: физическая Вселенная
Бессмертие людей
Мужское начало

Парность
Трикстер, вор

Земля
Социум

Смерть для людей
Андрогин


Космогонические мифы — это священная история, источник информации о первоначале бытия. Это первоначало мыслилось индейцами Калифорнии не только первопричиной прошлых событий, но и причиной настоящего и будущего.45 Следовательно, космогонические образы, в том числе и образы демиургов, описанные выше, могут рассматриваться не только как познавательные категории,46 но и как образы, в которых реализуется «деяние». Сам миф также реализуется в действии: танце, песнопении, а также в вещах. Поэтому, например, вещь такая, как сплетенный из травы водонепроницаемый сосуд, отражает и семантически дублирует миф, являясь вместе с ним метафорой космогонического знания.47 Неудивительно, что ряд плетенных из травы сосудов индейцев Калифорнии не только иллюстрирует космогонический миф, но и представляет собой объемную модель двухъярусной Вселенной (рис. 1). О том, что модель мира индейцев Калифорнии была именно двухъярусной, свидетельствует упоминание в мифах об отверстии в небе, через которое на Землю спускаются священные птицы: Орел и Кондор. Отверстие в небе — обязательный элемент рисунков на песке индейцев юга Калифорнии (рис. 2), которые представляют собой плоскостную модель двухъярусной Вселенной. На плетеных сосудах индейцев Калифорнии ярусы мироздания развернуты горизонтальными полосами орнамента, расположенными один над другим. Ярусы мироздания отмечены знаками-символами (рис. 1, Л).48 Основу геометрического орнамента плетеных сосудов составляют три базисных элемента: треугольники, зигзаги, прямоугольники. Они являются изначальным элементом рисунков растительного, анималистического и предметного содержания, причем названия одних и тех же элементов орнамента у разных мастериц, исполнявших плетеные сосуды, не совпадали (рис. 1, Б), что было свидетельством утраты первоначального смысла изображений. Но базисные элементы как символы сохранили свою ценность в качестве абстрактного критерия для классификации, даже если ни одна группа объектов животного, предметного или растительного мира им в точности не соответствует. На основе описания орнамента сосудов, приведенного выше, можно предпринять попытку реконструкции первоначального смысла базисных элементов. Так, горизонтальные полосы орнамента можно соотнести по три с двумя половинами сосуда. Верхние три обозначают Небо, обитель орнитоморфного / мужского демиурга. Его символы: след птицы, создателя — Ворона (Ястреба), Орла, а также треугольник, передающий семантически связанные с образами птиц вертикальные объекты нижнего мира — дерево, горы и наконечники стрел (охота у индейцев Калифорнии считалась исключительно мужским занятием, кроме охоты на мелких грызунов, ящериц, птиц, в которой принимали участие преимущественно дети и женщины).

Три нижних яруса соотносятся с земным, нижним миром, местом пребывания женского / андрогинного демиурга. Символы его — это зигзаг, передающий воду, землю, червяка.

Итак, верхняя сфера двухъярусной модели Вселенной индейцев Калифорнии соотносится с мужским орнито-морфным демиургом, нижняя — с женским существом андрогинной природы. Переходными образами, расположенными в зооорнитоморфном пантеоне между Орлом и Койотом космогонических мифов индейцев, были Ворон и Сокол. У первого ярко выражено хтоническое начало, сближающее его с Койотом, а у Сокола — шаманское.49 Двум противоположным началам, принявшим участие в организации мироздания, соответствовали разные символы: в зооорнитоморфном коде — это Орел и Койот, в орнитоморфном — Ворон и Кондор, в орнаментальном — треугольник и зигзаг. Символика мифа и орнамента индейцев Калифорнии отразила представления об идее единства и полярности противоположностей (Солнце — тьма, Лягушка, Ящерица, женское начало; Луна — свет, Вийот, Орел, мужское начало), а также о принципе творения путем разрушения (рождение Земли и появление на ней людей как результат катастроф: потопа, превращения «допотопного человечества» в настоящих зверей, птиц, рыб).

Источник: Этнические стереотипы мужского и женского поведения: сборник статей. - СПб., "Наука", 1991. С. 170-182.

Назад

Copyright © 2003-2012 Upelsinka's Page

 

 

 

Вернуться на главную страницу