English


Автор проекта:
Марина В. Воробьева


Исида Эйитиро

Мать Злаков и Бог Злаков

(Роль богини-матери в мексиканских ритуалах, связанных с кукурузой)

Предисловие

В основу данного исследования положен доклад, прочитанный мной в "Обществе изучения праздника Ниинамэ". После этого доклада были высказаны критические замечания относительно того, что непонятно, какая же связь существует между мексиканским культом кукурузы и японским праздником Ниинамэ. Однако я пришел к выводу, что изначально японский праздник Ниинамэ, помимо благодарения за собранный урожай, предполагал и необходимость обеспечить богатый урожай в будущем году. Оставляя в стороне вопрос о справедливости теорий Маннхардта и Фрэзера, в основе которых лежат представления о смерти и воскрешении, я считаю, что мы имеем дело с благодарственным религиозным ритуалом, отражающим искренние чаяния сельскохозяйственной общины, стремящейся заручиться гарантией, что нынешний урожай повторится и в следующем году.

Сравнительные исследования связанных с рисом ритуалов у использующих поливное земледелие народов Юго-Восточной Азии дают нам надежный ключ для решения загадки праздника Ниинамэ и вопроса о происхождении рисоводства. В первом выпуске вестника "Исследования праздника Ниинамэ" (1954) я приводил описания ритуалов, связанных с выращиванием чумизы у аборигенов Тайваня и таро и ямса у жителей Микронезии, которые я и попытался объяснить в дополнениях к своему докладу в "Обществе изучения праздника Ниинамэ".

До сих пор я не предпринимал никаких исследований, связанных с праздником Ниинамэ. Однако, занимаясь изучением культурно-исторического значения бога злаков в верованиях народов Старого и Нового Света, я не мог не обратить внимания на то, что эти верования часто совпадают с широко распространенными среди земледельцев представлениями о матери злаков и духе злаков. В Новом Свете имеется немало примеров, позволяющих проследить их связь с кукурузой, которая является основным продуктом питания для местного населения. Позволю себе привести только один пример из истории Теночитлана (нынешний Нью-Мехико), о котором нам известно по немногочисленным археологическим материалам и записям о народе ацтеков, оказавшем сопротивление испанским завоевателям в начале XVI в. Имеются богатые свидетельства о том, что у племени майя, обитавшего на юго-востоке Мексики, еще в XI в. существовали верования, связанные с культом матери злаков. В своем сравнительном исследовании, опираясь на археологические и письменные источники, я попытаюсь показать, что у всех индейских племен Америки до нового времени сохранялись ритуалы, связанные с кукурузой, и культ матери-богини.

Еще раз подчеркну, что мне неизвестно, насколько связаны эти представления о матери злаков и духе злаков с японским праздником Ниинамэ. Однако мифы о матери злаков у рисоводческих народов Малайзии, имеющие много общих элементов с японскими ритуалами, восславляющими рис, обнаруживают поразительное совпадение с представлениями жителей американского континента, возделывающих кукурузу. Еще в докладе в "Обществе по изучению праздника Ниинамэ" я упоминал об исследовании Гудмонда Хатта по этому вопросу. Поэтому я считаю, что моя статья имеет некоторое отношение и к вопросу о роли риса в японской культуре.

1

Имеются свидетельства тому, что возделывание кукурузы в Новом Свете существовало по меньшей мере за три тысячелетия до нашей эры и началось на сухих плоскогорьях Кордильер. Впоследствии, примерно с первого тысячелетия по второй век до н. э. по всей центральной части этого региона, в особенности от Мексиканского плоскогорья и до Анд в Южной Америке, сформировались земледельческие культуры, которые при всех местных отличиях обладали многими общими признаками. Следы этой традиции, которую можно считать архаической культурой, присутствуют в многочисленных слабообожженных керамических фигурках, где особенно отчетливо проявляется женское начало. Во многих регионах, начиная с Мексиканского плоскогорья, подобные фигурки продолжали изготавливаться еще в течение долгого времени. Среди них имеются статуэтки, изображающие беременных женщин или женщин с младенцами на руках. В целом для них характерно особое подчеркивание половых признаков, чем они напоминают так называемые терракоты "богинь-матерей", в большом количестве встречавшиеся в доисторическую эпоху в Старом Свете, особенно в Средиземноморье, на Древнем Востоке и в Индии. Я полагаю, что изображения божеств в мексиканской цивилизации и примеры, приведенные в кодексах, о которых пойдет речь ниже, в целом подтверждают, что подобные статуэтки выполняли роль символов плодородия и изобилия.

После того как на Мексиканском плоскогорье в течение тысячелетий возникали и угасали разные культурные центры, с севера пришли ацтеки и, унаследовав прежнюю культурную традицию, создали могучее военное государство, центр которого находился на месте нынешнего Мехико-сити. Подобно римским завоевателям, они включили богов покоренных народов в свой пантеон. Однако многие из этих богов, при всем внешнем отличии, по своей сути были похожими. Благодаря усилиям жрецов, которые стремились унифицировать всех этих богов, сложилась весьма сложная картина божественного мира. К счастью, благодаря записям испанцев о религиозной жизни ацтеков до и после конкисты, а также в первую очередь благодаря рисункам и пиктографическим текстам, оставленным самими ацтеками, и кодексам, сохранившим описания мифов и ритуалов, мы располагаем довольно подробной информацией об ацтекском пантеоне и религиозных ритуалах того времени. Ацтекские горельефы и рисунки отличаются удивительной гротескностью. Они утратили характерную для раннего этапа традиционной центральноамериканской цивилизации утонченность, и в изображениях этих богов их нетрудно распознать по обличию, одеяниям, атрибутам в руках и символическим признакам, которые иногда обозначают рождение солнца. Можно выделить две линии, связанные с богиней, являющейся аналогом Великой Матери в Старом Свете. Одна из них связана с Сочкетцаль (Xochiquetzal означает "цветок кетцалъ"; кетцаль — птица, обитающая в Центральной Америке), "первой женщиной вступившей в сексуальный союз". Другая имеет отношение к божественной линии Тласольтеотль (Tlazolteotl, богиня любовного очарования"), Тоси (Toci, "наша бабушка") и к линии богов, известных под различными именами. В данной статье я ограничусь использованием материалов, преимущественно имеющих отношение ко второй категории, но, как об этом пойдет речь ниже, имеются примеры также и в случае с Сочкетцаль, когда подданные или потомки богов второй группы объявляются ее собственными подданными или потомками. Очевидно, эти две божественные категории часто оказывались взаимозаменяемыми.

2

На с. 13 "Кодекса Борбоникус" помещен рисунок, на котором изображено, как Тетеоиннан (Teteoinnan, "богиня прародительница"), являющаяся богиней кукурузы и облаченная в ритуальное одеяние, рожает бога, точно в таком же ритуальном одеянии. При этом справа от богини изображен младенец, который движется в направлении ее головы; следы ног младенца достигают головы богини. Таким образом, на этом рисунке представлены одновременно зачатие и роды богини Тетеоиннан. Тетеоиннан первоначально являлась богиней племени хуастеков, родственного майя и обитавшего на побережье Мексиканского залива в провинции Вера-Крус, но в позднемексиканском пантеоне соединилась с Тласольтеотль и прочими богинями-матерями, известными под разными именами.

На мексиканском каменном изображении в Национальной галерее в Вашингтоне также изображен момент родов. Хотя на нем она предстает в голом виде и не имеет на себе ритуальных одежд, считается, что оно изображает Ишкуина (Ixcuina, "пожирательница грязи") или же богиню Тоси.

Об этом говорится также в подробных записях о мексиканских богах и религиозных ритуалах, оставленных испанскими христианскими хроникерами XVI в. Бернандино Саагуном и Диего Дураном, которые характеризовали ее как древнемексиканскую богиню кукурузы, порождающую мальчика. В восемнадцатый день каждого месяца ацтеки проводили праздник, символизировавший рождение и жизнь этого верховного божества и возносили благодарственные молитвы соответствующим богам. В ноябре устраивался праздник в честь упоминавшейся богини Тетеоиннан, который являлся одновременно и праздником по случаю сбора урожая кукурузы. Праздник этот назывался Очупанистль (Ochpaniztli, "праздник метелки"), поскольку одним из символом этой богини является метелка, которой она очищает землю. Во время этого праздника выбирали женщину в возрасте от сорока до сорока пяти лет, которую объявляли "божественной матерью" Тетеоиннан. Облаченную в роскошные одежды, ее приносили в жертву, но до того она объявлялась богиней-защитницей, а колдуньи, сведущие в лечении и повивальном искусстве, составляли две группы — старых и молодых — и в течение четырех дней устраивали имитацию сражения, в ходе которого женщина, избранная богиней Тетеоиннан, присоединялась к группе старших и возглавляла первую атаку.

По окончании этого условного сражения она вместе с колдуньями приходила на рыночную площадь. При выходе с рыночной площади ее встречали жрецы богини кукурузы Чикомекоатль (Chicomecoatl, "богини Семи Змей"). По пути она разбрасывала кукурузные лепешки. Смысл этого действа заключался в том, чтобы отделить ее от рынка, который ей больше никогда не удастся увидеть. В конечном счете будущую жертву приводят в дом, находящийся вблизи храма богини Чикомекоатль. Там женщины ее ласкают и произносят слова: "Сестрица! Не печалься, сегодня вечером правитель страны разделит с тобой ложе!" Сама она до последнего момента не подозревает о том, что приближается ее смертный час. В красочном облачении богини злаков Тоси/Тетеоиннан ровно в полночь вместе со всеми жителями города направляется в священный храм. Там один из жрецов взваливает ее себе на спину, а другой хватает ее за волосы и одним ударом отсекает голову. После этого с нее сдирают кожу и облачают в нее самого высокого и крепкого из жрецов. Держа в руках кожу, содранную в первую очередь с ее бедер, он отправляется к другому святилищу и там покрывает этой кожей лицо от лба до подбородка юноше, выполняющему роль сына Тетеоиннан, бога кукурузы Cinteotl.

Жрец, который к тому времени становится Тетеоиннан, с двумя спутниками с обеих сторон и в сопровождении нескольких жрецов направляется к другому святилищу. И тогда навстречу ему выходят несколько воинов, которые держат в руках метелки, обагренные кровью. Они бегут, ударяя в щиты, как бы призывая к битве. Богиня (жрец, на которого надета кожа, содранная с богини Тетеоиннан) преследует их. При виде происходящего все зрители испытывают ужасный страх. И когда процессия прибывает в храм бога солнца Хуйцилопочтль (Huitzilopochtli), она обращается к статуе бога Хуйцилопочтль и простирается ниц, вытянув обе руки. Повторив это четырежды, она зачинает и рожает заново бога злаков Синтеотля. Затем она берет кожу, содранную с бедер женщины, возвращается к божественному ребенку в облачении Синтеотля и вместе с ним входит в зал для жертвоприношений. Таково описание ночного принесения Тетеоиннан в жертву.

На следующий день на рассвете, когда она появляется на вершине священной пирамиды, дожидавшиеся внизу этого момента вожди поднимаются по ступеням и преподносят дары. После этого ее отводят к толпе находящихся в храме пленных. Там совершается принесение пленных в жертву. Она сама убивает четырех пленных, вырывает у них сердца и подносит их богу. Остальных пленных убивают жрецы.

При сравнении этой кровавой церемонии с изображением в "Кодексе Борбоникус" оказывается, что в последнем случае богиня-мать также облачена в содранную с тела человеческую кожу. И снова рожденный ею ребенок надевает наряд своей матери Тетеоиннан. Но поскольку божества легко могли менять пол, то зачатие, роды, возрождение в качестве матери злаков и омоложение, или, иными словами, смерть и возрождение, составляют единый изначальный комплекс представлений. Более того, имеется немало дополнительных подтверждений тому, какой смысл имели этот праздник Очупанистль и роды. Попробуем ниже рассмотреть их подробнее.

3

1. На с. 50 "Кодекса Борджиа" изображено театральное представление, проводимое в честь богини Тетеоиннан. На рисунке изображено ее совокупление с Макуильшочитль (Шочипилли), считавшимся богом солнца. Эта божественная пара обвязана красным поясом, символизирующим супружество, но этот пояс связан и с поясом из крови, вытекающей из шей двух принесенных в жертву обезглавленных людей. При этом фоном картины служит огороженное четырехугольное поле. Два принесенных в жертву человека в нижней части картины символизируют ритуал насыщения кровью Тетеоиннан, богини-матери, великой земли — матери злаков. Несомненно, что совокупление двух богов символизирует новое рождение бога злаков (Великой Земли). Кроме того, мне хотелось бы подчеркнуть, что, как будет сказано ниже, являющийся супругом богини-матери Макуильшочитль-Шочипилли может считаться идентичным Синтеотлю, сыну, рожденному богиней Тетеоиннан.

2. Хорошо известно хранящееся ныне в Национальном этнографическом музее Мехико огромное каменное изображение богини Коатликуэ (Coatlicue, "существо в платье из змей"), в котором нашли воплощение причудливые представления ацтеков. После непорочного зачатия Коатликуэ родила бога солнца Уицилопочтли. Она является богиней земли и иногда отождествляется с Тетеоиннан/Тоси. На этом изображении богиня лишена головы, на месте ее имеются две сплетающиеся змеиные головки. В качестве ожерелья у нее свисают с шеи человеческие руки, сердца и отрубленные головы. Подол ее одеяния украшают змеиные головы. На руках и ногах — когти ягуара, считавшегося в древней центральноамериканской мифологии богом подземного царства и пожирателем трупов. Кроме того, поскольку в центральноамериканском искусстве змеи часто символизируют собой потоки крови, эта безголовая статуя является воплощением одновременно созидания и разрушения и в предельно гротескной форме выражает представление о внезапно возрождающейся Богине-матери Великой Земли. Основные идеологические представления вполне соотносятся с жертвенным ритуалом отрубания головы Тетеоиннан.

3. В "Кодексе Борбоникс" Тетеоиннан представлена покрытой кожей, содранной с жертвы. Однако имеется и мужское божество Шипе ("сдирающий кожу"), являющееся одним из воплощений бога злаков Синтеотля. Этого бога также чествуют во время праздника урожая. Сразу по окончании вышеупомянутого праздника Очупанистль жрица богини кукурузы Чикомекоатль, облачившись в кожу, содранную с жертвы, шла, разбрасывая в толпу зерна кукурузы и семена тыквы, и собравшиеся наперегонки пытались их поймать. И пленные, которых приносили в жертву, и жрица, облаченная в содранную с них кожу, назывались тотокектин (Totokektin), но слово тотек ("наш правитель") являлось также одним из имен бога Шипе. По-видимому, не будет преувеличением считать, что в ритуале праздника Очупанистль облачение в кожу очередной жертвы предполагает омоложение или возрождение. После того как жрица, облаченная в кожу жертвы, входила в храм бога Шипе, она обходила дома и просила подаяние. Матери, держа детей на руках, принимали от нее благословение. Рассказывают, что после того, как жрица поочередно с четырех сторон обращалась к младенцу, которого мать держала на руках, она получала подаяние. Также и в гимне, обращенном к богу Шипе, имеются строки: "Я умру. Сердце мое подобно изумруду. Сердце мое исчезнет. Правитель вначале станет прочным, как камень. Потом родится великий вождь".

4. В храме Тотека, или бога Шипе, ацтеки надевали на самого могучего пленного облачение бога Шипе, привязывали его за ногу к столбу, давали ему деревянный меч, отороченный бахромой из перьев, и шит, после чего он должен был поочередно сражаться с пятью воинами, вооруженными мечами с лезвиями из обсидиана. Сообщают, что после того, как пленного убивали, сердце его приносили в жертву, а тело сбрасывали вниз с вершины храмовой пирамиды, и люди разрезали его на части, варили и съедали. Однако в тех редких случаях, когда ему все же удавалось победить пятерых воинов, его отпускали на свободу. Это состязание, подобно многим другим, играло роль религиозного ритуала. Поскольку пленник выполнял роль бога Шипе и его мясо потом съедали, по-видимому, это воспринималось, как ритуальное омоложение древнего бога злаков, как и при имитации сражения между колдуньями во время праздника Очупанистль. В песне, исполнявшейся во время праздника Атамальквалицтль (Atamalkqualiztli) есть строки: "Наша мать сражалась. Богиня Тласольтеотль сражалась, Бог кукурузы родился". Как явствует из текста, это, вероятно, является указанием на выше-упомянутую имитацию сражения и последующее рождение бога злаков Синтеотля.

5. Следует обратить внимание, что в пятую луну во время праздника в честь бога Тоськатля (Toxcatl), вероятно, проводились человеческие жертвоприношения. Для этого вначале выбирали молодого пленника, который считался воплощением Тескатлипоки (Tezcatlipoca), сына Великой Богини-матери. В течение года для него устраивали приемы во дворцах знати и обучали, как следует себя вести. За двенадцать дней до жертвоприношения его облачали в одежды главного военачальника и давали ему в жены четырех девственниц. Когда наступал назначенный день, после щедрого пиршества огромная процессия сопровождала его и четырех его невест до берега озера близ святилища. На храмовую лестницу он вступал уже один и медленно поднимался по ней, на каждом пролете разбивая и выбрасывая по одному из глиняных свистков, пользоваться которыми его обучали в течение года. Когда он поднимался до самого верха, его хватали поджидавшие там четыре жреца, срывали с него одежды и, положив вверх лицом на каменный жертвенный алтарь течкатль (Techcatl), держали его за руки и за ноги. Тогда пятый жрец каменным ножом вспарывал ему грудь, вырывал оттуда сердце и подносил его богу.

В пантеоне мексиканских богов Тескатлипока предстает в качестве вечно молодого бога, который в глубокую древность играл важную роль в мифах о сотворении мира, но в то же время считался соблазнителем богини цветов и любви Сочкетцаль, а также ассоциировался с богом Уицилопочтли, равно как с Мишкоатлем, богом охоты у чичимеков. Как уже упоминалось выше, Уицилопочтли является сыном Великой Богини-матери Коатликуэ. Мишкоатль, равно как и Коатликуэ, является сыном Чуакоатль (женщины-змеи), и, следовательно, Тескатлипоки, и вполне вероятно, что он выступает в той же роли, что Синтеотль и Щипе, поэтому жертву приносят именно ему.

Кроме того, мы уже видели, что жертвоприношение Шипе-Тотеку совершается во время праздника Тлакакалилицтль. В "Кодексе Теллериано-Ременсис" сохранился рисунок, на котором изображено, как пленника, выкрашенного в красный цвет, во время совокупления с женщиной привязывают к деревянной раме и выпускают в него стрелы. О похожем ритуале в Толоскала, проводившемся во время праздника метелок в честь бога молодой кукурузы Шилонен, сообщает Дуран. Мы имеем дело с аграрным ритуалом, в основе которого лежит представление о том, что вытекающая кровь делает плодородной великую землю. Еще до самого недавнего времени он наблюдался у индейцев племени пони в Северной Америке.

6. На с. 30 "Кодекса Борбоникус" помещен рисунок с изображением любопытной процессии во время праздника сбора урожая — Очупанистль. На ней изображена возглавляемая богиней кукурузы процессия мужчин с огромными фаллосами в руках, направляющаяся к матери злаков Тетеоиннан, облаченной в торжественные одежды. Если вспомнить примеры из Старого Света и принять во внимание характер Тетеоиннан, не остается сомнений, что в основе подобного фаллического культа лежит представление о рождении и омоложении, которые должны обеспечить богатый урожай кукурузы. Следует отметить, что косвенным подтверждением этому является заостренный пенис Макуильшочитль-Шочипилли, изображенный в форме ящерицы, как мы видим его на с. 53 и 72 "Кодекса Борджиа". Ящерица являлась символом воды и обильного урожая. Макуильшочитль-Шочипилли в божественных гимнах называется Синтеотль и очень часто имеет характерные признаки последнего. Также среди глиняных изображений божественных матерей с детьми он часто представлен на руках у богини Сочкетцаль, и подобное соединение Сочкетцаль и Макуильшочитль очень напоминает композицию, представленную в другой традиции: Тетеоиннан и Синтеотль. Следовательно, Макуильшочитль; и Синтеотль являются сыновьями, рожденными Великой Богиней-матерью. Великая Богиня-мать, представленная в мужском обличии, не только сама омоложается и возрождается, но и представлена в виде мужского принципа, который оплодотворял Великую Богиню-мать. В уже упоминавшемся "Кодексе Борджиа" не только рассказывается о совокуплении Макуильшочитль и Тетеоиннан, но можно предположить, что там появля-ется также Шочипилли, идентичный Макуильшочитлю, возлюбленному Соч-кетцаль, и Тескатлипоке, сыну Великой Богини-матери. Не следует ли объяснять кажущуюся на первый взгляд столь запутанной и противоречивой божественную генеалогию тем, что изначально богиня мать-земля считалась прародительницей людей, появившихся в результате совокупления с рожденным ею же божественным сыном? Это предположение вполне совпадает с представлениями, распространенными на древнем Востоке.

4

Наряду с вышеупомянутыми сложными культами и мифами, вероятно, практиковались и более простые аграрные ритуалы по случаю сбора урожая кукурузы, напоминающие связанные с рисом ритуалы в Азии. По сообщению Саагуна, в Вейтосостли в четвертую луну проводился праздник в честь бога кукурузы Синтеотля и богини кукурузы Чикомекоатль. В принципе это был столь же сложный ритуал, как и исполнявшийся во время праздников в другие месяцы, но во время этого праздника люди отправлялись на свои поля, собирали там кукурузу и потом возвращались домой. В каждом доме початками украшали изображения бога Синтеотля и подносили ему разные кушанья. Зерна кукурузы, предназначенные для последующей посадки, девственницы в особых облачениях взваливали себе на спину, относили в святилища богов Синтеотля и Чикомекоатля, и, получив там благословение, возвращались домой и помещали их на дно деревянной лохани. С другой стороны, судя по запискам Дурана, богиня Широнен, символизировавшая зерна молодой кукурузы — хилотль, воспринималась в образе незрелой двенадцатилетней девочки. По мере созревания семян ее возраст увеличивается, и считается, что к моменту сбора урожая она достигает возраста сорока-пятидесяти лет.

Представления того времени о примитивной богине злаков или матери злаков, определявшей весь ритм сельскохозяйственной жизни — посев, выращивание и сбор урожая кукурузы, — несомненно, породили весь сложный мир богов древней Мексики и связанные с ними ритуалы. Таким образом, в руках жрецов совпадения наслаивались, а расхождения повторялись, что, как уже говорилось, и привело к возникновению различных форм. Однако если попытаться выяснить, какая же единая теория лежит в основе всех этих различающихся форм, то мы обнаружим следующие принципы:

(1) Богиням аграрных культов, в особенности богине кукурузы, приближающейся по своим характеристикам к Богине Матери-земли в Старом Свете, поклоняются, отправляя ритуалы плодородия, в основе которых лежат жертвоприношения, связанные с пролитием крови и сдиранием кожи.

(2) Основу всех этих ритуалов составляет объединяющее их представление о деторождении и возрождении (омоложении). Они либо олицетворяют собой смерть и новое рождение (омоложение, возрождение), либо акцентируют связанные с этим магические действа, такие, как совокупление, зачатие, роды. Мужской бог, порождаемый богиней кукурузы, одновременно является омоложенной богиней-матерью.

(3) В мифах и ритуалах подобные богини-матери выступают под разными именами, имеют разных родственников и обладают разными символами, но по сути остаются одними и теми же. При этом божественная сущность их детей в ряде случаев проявляется в том, что они становятся супругами Великой Богини-матери.

Проследив лишь эти характерные черты, нам не удастся обнаружить, что древнемексиканские ритуалы в Новом Свете по случаю богатого урожая, в основе которых лежит культ Великой Богини-матери, имеют общие черты с культами в Старом Свете. Однако, как мы уже видели выше, в цикле фундаментальных представлений о Великой земле (ином мире), земледелии, прародительнице, плодородии, кровавых жертвоприношениях и обильном урожае Великая Богиня-мать выступает также и в роли богини луны, а в редких случаях можно обнаружить и наличие следов взаимосвязи между змеей и водой, что позволяет увеличить число параллелей с культом Богини Матери-земли в Старом Свете. И на древнем Востоке, и в Мексике Великая Богиня-мать одновременно являлась богиней войны. Кроме того, исследователи уже отмечали, что в древней Анатолии общим для культа Тоси/Тласольтеотль и веры в Великую Богиню-мать является раскаяние в преступлении, связанном с плотскими наслаждениями. В Новом Свете, где исконно не существовало развитого скотоводства, отсутствовало представление о связи Великой Богини-матери с коровой, столь широко распространенное в Старом Свете, хотя имеются единичные элементы, например, связанные с пауком или грифом, которые присутствуют в культе Великой Богини-матери.

Тем не менее не позволят ли дать этому объяснение приведенные выше примеры, связанные с культом Великой Богини-матери? Этот вопрос остается одним из наиболее интересных и до сих пор нерешенных в истории изучения культуры.

Источник: Исида Эйитиро. Мать Момотаро: Исследование некоторых аспектов истории культуры/ Пер. с яп. А.М. Кабанова. Послесл. А.М. Кабанова и Ю.Е. Березкина. - СПб., Центр "Петербургское Востоковедение", 1998. С. 169-183.

Назад

Copyright © 2003-2012 Upelsinka's Page

 

 

 

Вернуться на главную страницу